ПАМЯТИ СВЯТЫХ СЕДЬМИ ОТРОКОВ

От Московского Комитета для цензуры духовных книг печатать дозволяется, Московская Духовная Академия, Января 7 дня 1882 г.

Цензор протоиерей Михаил Боголюбский.

ПАМЯТИ СВЯТЫХ

седьми отроков

ИЖЕ ВО ЕФЕСЕ.

Дикий, нечестивый царь Римский и страшный гонитель Христиан, прибыв из Карфагена в город Ефес, повелел, чтобы со всех окрестных стран собирались жители для поклонения и принесения жертв богам языческим. Для чего постановлены были посреди города идолы, а перед ними устроены жертвенники. Земля покрылась кровью от закалаемых животных, дымом и смрадом наполнился воздух. На третий же день богомерзкого праздника царь приказал — искать христиан и силою принуждать их к обрядам языческим.

Тогда, влачимые из домов и сокровенных мест, христиане с бесчестием приводимы были к собранию народа: малодушные из них страшась мук, опадали от истиной веры и поклонились кумирам, а более твердые — предавались безбоязненно мучению и мужественно предавали души свои за своего Господа.

В это же время гонения жили в Ефесе седмь отроков, сыновья знатных городских старейшин. Их звали, Максимилиан, Иамвлих, Мартиниан: Иоанн, Дионисий, Ексакустодиан и Антонин, они все находились в воинском чине. Будучи детьми разных отцов, отроки пребывали единодушно в вере и любви ко Христу, всегда вместе молились, соблюдали посты, умерщвляли плоть свою и хранили себя в чистоте непорочной. Видя же, что всякий день бывают истязания и убийства христиан, сокрушались о том, непрестанно плача и воздыхая. Когда же нечестивые жители отправлялись с нечестивым царем для языческих поклонений и принесения жертв кумирам, святые отроки уклонялись от того, шли в христианскую церковь и в ней, повергаясь на колени пред образом Христа Бога, молились со стенаниями. Но, как, ни тайно исповедовали они христианскую веру, однако же, надзиратели узнали о том и, явившись к царю Декию, сказали:

— Государь! ты издалека призываешь подданных своих для принесения богам жертв, а есть люди, окружающее тебя, которые пренебрегут твоею царскою властью, не слушают повеления, — хулят богов и молятся в христианских церквах.

Царь, выслушав донесение, пришел в гнев и спросил:

— Кто же именно те, которые осмеливаются противиться моей власти?

— Максимилиан, сын городского епарха и с ним еще шесть отроков, — сыновей бояр Ефеских, отвечали ему клеветники.

Декий приказал сковать отроков-христиан и представить к нему.

Святые были приведены. Мучитель грозно взглянул на них и сказал:

— Почему не были вы на празднике …… богов, к поклонению которым …… всю вселенную. Сейчас …… приказываю вам, приступите к …… принесите должную жертву..…., как мы все приносим.

— Мы покланяемся, отвечал Максимилиан, и приносим жертву единому Богу, Который присутствует на небесах. Им сотворена вся вселенная, и Он один есть истинный Бог; бездушным же идолам — жертв не принесем и тем своих душ не оскверним.

Услыша эти слова, нечестивый царь повелел снять с отроков знаки воинского их звания и присем сказал им:

Недостойны вы быть царскими воинами, ибо сделались, неприятны богам и мне.— И если только я не решаюсь теперь же погубить вас, то потому, что жалею вашу молодость и красоту; постарайтесь же образумиться я вам даю срок на размышление.

Проговорив сие, Декий приказал снять с отроков оковы и предоставить им до времени полную свободу, а сам выехал в другой город, обещаясь снова возвратиться в Ефес.

Святые юноши, выйдя из царских чертогов, продолжали по-прежнему исповедовать христианскую веру и творили праведные дела, постоянно раздавая милостыню неимущим; в то же время они решились выйти из города и скрываться в пещере до тех пор, пока возвратится царь.

— Пойдемте, говорили они между собою, скроемтесь, пока царь в отсутствии, в сокровенном месте, — и там помолимся Богу, чтобы еще более укрепил нас в исповедании Пресвятого Его имени, дабы мы безбоязненно стали пред мучителем, мужественно пострадали за святую веру, и таким образом удостоились бы получить от нашего Владыки Христа неувядаемый венец славы, который Он, Создатель наш, уготовал для всех верных рабов Своих.

Вслед за сими словами, Святые Отроки взяли с собою из домов родителей своих несколько сребреников, и пошли к восточной стороне от города — к горе Охлон, в которой находилась большая пещера, поселились в ней и, славословя Бога, молили Его о спасении своих душ.

— В пещере Святые Отроки оставались довольно долгое время и только один, младший из них, по имени Иамвлих, выходил из нее в город для покупок необходимых жизненных потребностей; на нем также, лежала обязанность узнать о том времени, когда прибудет в Ефес царь Декий. Иамвлих был отрок, весьма благоразумный и добрый; он, чтобы ни кем не быть узнанным, шел в город переодетый в рубище и каждый раз, когда приходилось покупать ему пищу, раздавал часть денег нищим.

По прошествии некоторого времени сей отрок снова явился в город в платье нищего и ему сказали, что Декий возвратился с пути своего и требует, чтобы все градоначальники и военоначальники собрались на другой день для поклонения богам языческим. Так этот нечестивый царь усердствовал идолослужению. — В то же время Иамвлих узнал, что приказано разыскать и их, седмь отроков, для того, чтобы они вместе с прочими гражданами принесли так же жертвы кумирам. Это известие устрашило Иамвлиха и он, закупив им этот раз пищи менее обыкновенного, поспешно отправился обратно в пещеру и объявил своим братьям о царском повелении. Страх овладел и остальными шестью отроками, но Святые юноши, не совсем еще упали духом: они, преклонив колена с плачем и стенанием начали молиться Богу, и поручили себя Его помощи и милосердию. Потом, когда наступил вечер, Иамвлих изготовил скудную трапезу. Все отроки вкусили ее, желая тем укрепить свои силы к предстоящему мучению. Затем Святые провели вечер в беседе между собою, ободряя друг друга к мужественному страданию за Христа Господа и утешая самих себя будущими блаженными воздаяниями. Наконец отроки задремали, глаза их, отягченные молитвенными слезами закрылись, — и они, все заснули. Милостивый же и человеколюбивый Бог, устраивая всегда полезное для Своей Церкви и пекущийся о верных рабах Своих, допустил седми отрокам уснуть некоторым дивным сном, — сном, который продолжался много лет. Всемогущий Творец хотел этим чудом уверить, впоследствии сомневающихся, что действительно пред кончиною века должно будет последовать воскресение мертвых: сон Святых, хотя был смертный, но тела их оставались нетленными.

Поутру, на другой день сна Святых Отроков, Декий повторил снова приказание свое, чтобы отыскать юношей и когда донесли ему, что нигде не могут найти их, царь, обращаясь к вельможам, сказал: — Жалею о благородных и прекрасных юношах; они, вероятно, бежали и скрылись куда-нибудь, страшась моего гнева. Но, я бы готов их помиловать, если бы они сознали вину свою и обратились к нашим богам.

— Государь! — отвечали ему вельможи, не жалей о юношах, которые сопротивляются тебе и богам; как мы слышали, они не только не раскаиваются в своих заблуждениях, но еще более произносят хулу на наших богов, и теперь скрываются неизвестно где, расточив безумно нищим много серебра и золота. — Но, царь, если уже тебе непременно угодно узнать о юношах, то прикажи призвать их родителей, они, по всем вероятиям имеют сведения о своих сыновьях и при допросах под муками, не утаят сказать тебе правду.

Декий согласился на предложение царедворцев; родители отроков были к нему призваны и царь сказал им:

— Где ваши сыновья, которые так безумно осмеливаются укорять мои действия? Говорите правду, иначе повелю вас вместо них предать мучению.— Не вы ли сами дали им золото и серебро и отослали их в неизвестное мне место?

— Выслушай нас без гнева, государь! — отвечали ему родители отроков; — собственно мы нисколько не осуждаем твоих действий, и все то, что ты повелеваешь, исполняем в точности, точно также никогда не уклоняемся от принесения жертв богам.

За какую же вину должны мы теперь погибнуть? — За то, что развратились наши сыновья? Но мы их тому не научили и никогда не давали им золота и серебра; они сами тайным образом похитили у нас деньги и, как после мы узнали, расточили их между неимущими; а потом бежали от нас и скрываются, как говорят, в большой пещера, которая находится в горе Охлон.

Царь, выслушав сие, отпустил от себя родителей, но чтобы наказать сыновей их, повелел заградить камнями вход в пещеру.

— Не хотят отроки поклониться богам, сказал он при этом, и скрываются от меня, то пусть не видят более лица человеческого и погибнут во тьме пещерной голодною смертью.

Обрекая смерть юношам, царь не знал, что Святые Отроки по особому произволению Господа уже уснули, и что никакое страдание не могло их коснуться. Исполнители его воли также думали, что юноши живы и заградили вход в пещеру.

О Святых Отроках все забыли, только двое истинно сожалели о них. Эти двое были царские постельничие по имени Феодор и Руфин. Подобно святым отрокам, они также в тайне исповедовали христианскую веру и были вполне уверены, что претерпев смерть за Христа Бога, юноши должны получить себе венец мученический. Но чтобы не скрыть от людей воспоминание о святом подвиге страдальцев, Феодор и Руфин изготовили две оловянные доски, написали на них имена и страдание святых седми отроков и, положив доски в медный ковчежец, запечатали его и скрыли в каменьях, которыми был загражден вход в пещеру.

Вскоре после того погиб нечестивый царь Декий. — За ним следовали в Рим многие другие цари и все были гонителями церкви Божией. Но, со времени вступления на престол Константина великого, язычество в Риме было уничтожено и свет христианской веры распространялся по всей империи. Прошло еще много лет, и скипетр Римской державы перешел в руки благочестивого царя Феодосия Малого. В царствование сего-то государя, то есть Феодосия, появились еретики, которые утверждали, что никак не будет воскресение мертвых, — во что несомненно верить повелел нам Сам Господь Наш Иисус Христос. Ложному учению еретиков поверили не только миряне, но и некоторые из епископов. Следствием сего произошло страшное гонение на тех из правоверных, которые старались опровергнуть эту ересь. Одни из еретиков говорил, что по смерти человек совершенно уничтожается как телесно, так и духовно; другие напротив утверждали, что в будущей жизни одни только души умерших получат воздаяние, а что тела их истлевают в земле и ни какого не будет иметь общения с душою; последнее доказывали тем, что невозможно ни как телу после стольких тысяч лет опять оживать и восстать из земли, когда уже и праха его не существует.

Так различно умствовали еретики. Безумные, они забыли что Сам Христос сказал в Евангелии: мертвии услышат глас Сына Божия, и услышавше оживут (Иоан. 5, 25), также в пророчестве Данииловом писано: Спящии в земней персти восстанут, овии в жизнь вечную, овии же во укоризну и в стыдение вечное (Дан. 12, 2), наконец и в Иезекиилевом пророчестве Бог говорил: Се аз отверзу гробы ваша и изведу в… от гробов ваших люди мои (Иезек. 37, 12).

Противореча этим святым истинам, еретики только смущали церковь Божию, тем сильно оскорбляли благочестивого Феодосия.

Царь, видя распри и несогласие в церкви, усердно молил Бога, чтобы Он, Творец всей вселенной, Сам уврачевал бы церковный недуг. Скорбная молитва благочестивого царя и слезные стонания верных были услышаны Господом, и Он в яве открыл тайну воскресения мертвых и будущей вечной жизни и открыл это следующим образом.

Некто Адолий, владетель упомянутой горы Охлон, пожелал, конечно, по Божиему произволению, устроить для своих овец ограду и, для того приказал рабам брать каменья, которыми издревле была заграждена пещера, но, он был убежден, что этот материал явился при горе Охлон путем естественным. Рабы начали разбирать камни и открыли отверстие в пещеру. В тоже время Господь наш Иисус Христос, воскресивый четверодневного Лазаря, оживотворил много лет спящих семь отроков: Святые Мученики восстали как бы пробужденные от сна и, по обыкновению их прежней жизни, сотворили утреннюю молитву к Богу, поцеловали друг друга, и как будто бы не видались только с вечера, начали беседовать о совершавшемся идолослужении и о гонении на христиан. Они все еще были уверены, что Декий разыскивает их для мучения, а потому просили Иамвлиха еще раз рассказать им, что он слышал вчера в городе?

— Я уже вам говорил, — сказал Иамвлих, — что царь повелел всем гражданам собраться сегодня для принесения жертв кумирам, вместе с этим приказал еще разыскать нас для того, чтобы и мы с прочими поклонились идолам, а если сего не сделаем, то обрекает нас на мучение.

Тогда Максимилиан, обращаясь ко всем, произнес:

— Братия! приготовимтесь же выйти отсюда, станем пред лицом Декии, и царю земному безбоязненно исповедуем Царя Небесного, Который есть истинный Бог, и ради Которого не устрашимся никаких мук: они временны, жизнь же будущая вечна. — Потом, взглянув на Иамвлиха, Максимилиан продолжал: — А ты, брат, постарайся к обычному часу приготовить нам пищу; возьми сребреник, ступай в город и купи для нас хлеба, кстати, и узнаешь, что приказывает о нас Декий; а когда ты возвратишься, мы укрепим себя пищею и выйдем отсюда, чтобы отдаться на мучение.

День начинал только что рассветать. Иамвлих взял сребреник и собрался в путь. Но едва только он вышел из пещеры, как был удивлен, увидя при входе много лежащих камней.

— Откуда эти камни? — подумал он, вчера их тут не было! — Затем им овладел невольный страх и он уже не так смело вошел в город. — Но и тут удивление его все более и более увеличивалось; он на каждом шагу, встречал перемену, как в зданиях, так и в жителях: везде высились Кресты Господа и люди свободно произносили имя Христово.

— Не во сне ли вижу и слышу сие? — рассуждал сам с собою Иамвлих. Вчера никто не смел и помыслить об имени Христовом, а ныне произносят Его в явь; вчера также разве у кого в тайне хранилось крестное знамение, ныне же оно красуется повсюду в городе. — Нет! — продолжал думать Иамвлих, — я зашел в какой-нибудь другой городы: здесь и здания и люди совсем не те, как в Ефесе.

И прошедши еще немного далее, Иамвлих спросил встретившегося ему некоего человека: Как называется этот город?

— Ефес отвечал тот.

Иамвлих не поверил.

— Действительно, я заблудился, — думал он — куплю в этом городе; хлеба и поспешу возвратиться к своим братьям.

Так рассуждая, он подошел к торговцу, спросил у него потребное количество хлеба и дал ему сребреник, прося додать медными деньгами в расчете за куплю. Торговец взял и, не понимая ее номинальной стоимости, показал другому, тот третьему и все они дивились древности сребреника.

— Этот юноша, должно быть, нашел древнее сокровище, — шептали между собою торговцы, рассматривающие монету.

Шепот их не ускользнул от внимания Иамвлиха: он подумал, что его узнали и хотят передать в руки, Декия.

— Возьмите себе всю монету, — сказал он тогда испуганным голосом: — я не хочу получить от вас остальных денег.

Но торговцы остановили его, говоря:

— Скажи нам, откуда ты приобрел эту монету древних царей? Если нашел ты сокровище, то удели нам часть его, и мы отпустим тебя; ежели не поделишься с нами, то сейчас же отведем тебя к судье.

Иамвлих от недоумения не знал что отвечать.

— Говори же! — приставали к нему торговцы, где нашел ты сокровище? Иначе берегись, тебя под муками заставят высказать истину.

Св. отрок молчал по-прежнему.

Раздосадованные за свою неудача, торговцы сняли тогда с Иамвлиха пояс и, связав им шею его, держали отрока среди торжища как преступника. Молва об этом быстро пронеслась, между народом и все спешили к площади, чтобы взглянуть на заподозренного. Наконец слух о нем дошел и до начальника города, который, по-особому произволению Божию беседовал в это время с Епископом Стефаном. Они оба пожелали видеть взятого юношу и повелели привести его к ним с сребреником. Посланные подошли к связанному Иамвлиху повели его к градоначальнику; отрок же, думая, что ведут его к Декию, стал внимательно всматриваться в толпу народа; но в ней он не признал ни кого из своих родных и знакомых.

Градоначальник, прежде всего, обратил внимание на сребреник и вместе с епископом долго дивился древности монеты.

Где нашел ты сокровище и куда скрыл его? — спросил он потом приведенного к нему юношу?

— Не понимаю, о каком сокровище вы меня спрашиваете, — отвечал Иамвлих; — сокровищ я никаких не знаю. А тот сребреник я имею от родителей, и он точно такой же, как и все те, которые в этом городе в постоянном обращении.

— Откуда ты родом? — расспрашивал его начальник города.

— Я уроженец Ефесский, — отвечал юноша.

— Чей ты сын? — продолжал начальник, — и кто тебя знает, тот пусть придет и засвидетельствуете о тебе, и тогда я поверю, что ты говоришь правду.

Святый Иамвлих назвал по имени своего отца, мать, деда, братьев и сродников и никто из присутствующих не знал их.

— Ты же лжешь, — сказал тогда Начальник, — говоришь такие имена, которых мы ни когда не слыхали.

Иамвлих в недоумении, склонил голову свою и замолчал.

—Не юродивый, ли он? — спрашивали некоторые из присутствующих.

Вернее, притворяется юродивым, чтобы избежать ответственности, замечали другие.

Начальник стал строже допрашивать Иамвлиха.

Как мы можем, — говорил он ему, — поверить тебе, что сребреник ты получил от своих родителей, когда на монете портрет древнего царя Декия. Да и как же ты говоришь, что твой серебряник подобен нынешним. Ты еще молод, чтобы обманывать старцев и мудрецов Ефесских! — Прикажу заключить тебя в темницу, ранами покрою тело твое и истязаниями заставлю тебя высказать мне истину.

Святый Иамвлих, убоясь угроз градоначальника и недоумевая обо всем том, что слышал о Декии пал перед собранием вельмож на колена и сказал:

— Умоляю вас, государи мои, скажите мне, о чем я спрошу вас и тогда я открою вам всю истину. Жив в этом городе царь Декий или нет.

— Такого царя, как ты называешь, отвечал Епископ — в нынешние времена и в сих странах, нет. — Может быть, Декий царствовал когда-нибудь в этом городе очень давно, в древние времена, а теперь здесь царствует благочестивый царь Феодосий.

— А когда так, сказал Иамвлих, то прошу вас, пойдемте со мною, я покажу вам пещеру, которая находится в горе Охлон, там мои друзья и они подтвердят вам, что все, что сказал я, — истина. Действительно, мы бежали от преследования нечестивого Декия, скрылись в пещере и недальше как вчера я сам был в Ефесе и узнал о возвращении в этот город Декия; а ныне не узнаю города этого. Ефес-ли он или какой другой.

Слова святого отрока удивили епископа; он подумал: Не хочет ли Бог сим юношею открыть нам некую тайну и сказал градоначальнику: — пойдем с ним и увидим нечто чудное!

Все собрание присутствующих встало и отправилось за юношею; множество народа присоединилось к шествию. — Подошли, наконец, к пещере Иамвлих первый вошел в нее, за ним последовал вместе с прочими епископ.

Внимательно осматривая вход, епископ заметил между камнями упомянутый нами медный ковчежец, взяв его, вскрыл пред всеми и когда прочел на двух оловянных досках надписи, свидетельствующие о мученическом подвиге седми отроков, то все, находившиеся при этом, удивились чуду и единодушно прославили Бога.

После сего епископ, вельможи, старейшины города и народ вошли в пещеру, и при виде святых отроков, лица коих сияли Божественною благодатью все пали пред ними ниц и снова воздали хвалу Богу, сподобившему их видеть преславное чудо. Святые отроки рассказали им тогда все, как о себе, так и о Декии мучителе христиан.

В то же время епископ и градоначальник известили о сем царя, и просили, чтобы он прислал из Константина-града вельможа, для удостоверения о том, что Бог чрез тела Святых Отроков ныне воскресших, — открыл тайну будущего воскресения мертвых.

Царь Феодосий, получив это известие, возрадовался духом, сам вместе с вельможами поспешил явиться в Ефес. Феодосия привели в пещеру. — Царь целовал Святых отроков и плакал от умиления. Потом, воздав хвалу Богу, он сел против и с благоговением вел с ними душеспасительную беседу. Так продолжалось несколько дней. — Но, наконец, после одной беседы, когда царь и окружающие его с наслаждением взирали на лица юношей. — Святые седмь отроков тихо преклонили главы свои на землю и тут только увидали, что Святые уснули последним сном, сном смерти. Все бывшие при этом, поклонились угодникам Божиим и почтили Святую память их молитвою к Спасителю.

Тогда благочестивый царь Феодосий повелел устроить семь ковчегов из серебра и золота. В них он намерен был положить тела Святых, но в ту же ночь Святые седмь Отроков явились во сне царю и запретили ему сие, повелевая оставить их на земле и в таком же положении, как они почивали прежде. — Сотворился великий праздник в Ефесе, когда воздавали должное почитание Святым Мученикам. Многие епископы совершали Божественную службу. — Царь, ради Святых Угодников Божиих раздавал нищим щедрые милостыни и освобождал из темницы узников.

После сего царь возвратился снова в Царьград, радуясь и славя Христа, Бога нашего. Ему же и от нас грешных да будет честь и слава, со Отцом и Святым Духом, ныне и присно и во веки веков, аминь.

КОНЕЦ.

Похожии публикации

   «Наставления и утешения св. веры Христианской»

Литургийное Евангелие в неделю (воскресение) первую св. Четыредесятницы (неделю Православия).
Евангелие от Иоанна 1, 43–51.

Однажды Иисус восхотел идти в Галилею, и находить Филиппа и говорить ему: иди за Мною.

Филипп же быль из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром.

Филипп находит Нафанаила и говорить ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифова из Назарета. 

Читать далее

 

 

     Путеводитель по святой Афонской горе

Святая гора Афон,
ЗЕМНОЙ УДЕЛ БОЖИЕЙ МАТЕРИ

Веселися о Господь святоименный Афон, мысленный Богородицы и красный раю: се бо в подгориих твоих процветоша крины присноцветущий и всеблагоухании, и во удолиях и при мориих твоих древеса небомерная и благосеннолиственная возрастоша, плоды бессмертныя Духа приносящая,

 

 

Читать далее

 

 

Новостной портал

You'll be redirected in about 5 secs. If not, click here.