Черноморское казачье войско в 1812 – 1814 гг.

I. Управление и организация.

Черноморское казачье войско было образовано на Украине во время русско-турецкой войны 1787 – 1791 гг. по ордеру генерал-фельдмаршала князя Г.А. Потёмкина от 14 января 1788 г.[1] и получило название «Войско верных казаков», в его состав вошли бывшие запорожские казаки, поступивших на службу в российскую армию, а также добровольцы из вольных людей[2]. Войсковым атаманом был назначен херсонский предводитель дворянства и бывший старшина Запорожского казачьего войска С.И. Белый. В декабре 1788 г. Войско получает наименование «Войско верных казаков Черноморских». В 1790 г. князь Г.А. Потёмкин отвёл Войску для поселения земли по берегу Чёрного моря между реками Днестр и Южный Буг. Тогда же был основан Кош или резиденция войска в сел. Слободзее[3]. Воинский распорядок в Черноморском казачьем войске основывался на правилах, существовавших в упразднённом Запорожском казачьем войске.

30 июня 1792 г. Именным указом Сенату и Высочайшей грамотой, подписанной в тот же день Войску верных казаков Черноморских пожалованы для поселения в Таврической обл. Фанагорийский (Таманский) полуостров и земли, расположенные между правым берегом р. Кубани и Азовским морем до Ейского городка и до устья р. Лабы[4]. В период с 1792 по 1794 гг. переселение Войска на Кубань было завершено.

Местное управление осуществляло Войсковое правительство (впоследствии Войсковая канцелярия), учреждённое Высочайшим указом 25 февраля 1802 г., под председательством войскового атамана.

20 марта последовал указ Сената, которым был установлен штат Войскового правительства. В него вошли следующие чиновники:

Председатель – кошевой (войсковой) атаман[5] чина подполковника, если выше того не имеет – 1

Непременные члены штаб- или обер-офицерских чинов – 2

Асессоров, через каждые три года по выборам определяемых — 4[6].

Прокурор в чине 7-го класса, состоявший в ведомстве Таврического губернского прокурора.

Войсковой казначей — 1.

Секретари – 2.

Войсковые лекаря (старший и младший) — 2.

Местом пребывания Войскового правительства и кошевого атамана был г. Екатеринодар.

В порядке главного управления Черноморское войско по делам военным находилось в ведении херсонского военного губернатора и командира 13-й пехотной дивизии, а по делам гражданским — таврического губернского начальства и особенно управляющего губернией[7].

Территория Черноморского войска была разделена на четыре округа, каждый из которых имел свой административный центр. Округа и их центры были следующие: Екатеринодарский – окружной центр в сел. Медведовском; Таманский (Фанагорийский) – окружной центр в крепости Тамани; Бейсугский – окружной центр в сел. Брюховецком; Ейский – окружной центр в сел. Щербиновском[8].

Каждый округ имел своё сыскное начальство – орган военно-административного управления, в ведении которого находились дела военные, гражданские, судебные, полицейского сыска, административные и финансовые. В эти начальства поступали распоряжения Войскового правительства, на основании которых они осуществляли свою деятельность[9].

В судебном отношении они выполняли функции уездных и земских судов, а также земской полиции. Жалобы на их приговоры подавались в Войсковое правительство, как высшую судебную инстанцию области. Сыскным начальством руководили окружной начальник и два члена.

В свою очередь округа состояли из куренных селений, во главе которых стояли куренные атаманы, избиравшиеся на эту должность казаками из своих рядов. Куренной атаман составлял наряды на различные «общественные тягости», на внутреннюю по войску службу и на действительную службу.

Всего в Войске насчитывалось 40 куренных селений (с 1842 г. – станиц), которые имели те же названия, что были до этого в Запорожской Сечи: Екатериновский, Кисляковский, Ивановский, Конелевский, Сергиевский, Динский, Крилевский, Каневский, Батуринский, Поповический, Васюринский, Незамаевский, Ирклиевский, Щербиновский, Титоревский, Шкуринский, Кореневский, Роговский, Корсунский, Калниболоцкий, Уманьский, Деревянковский, Нижестеблиевский, Вышестеблиевский, Джериелевский, Переяславский, Полтавский, Ведмедевский, Платнировский, Пашковский, Кущевский и Березанский (все эти курени существовали в Запорожской Сечи, за исключением Екатериновского и Березанского, первый получил название в честь императрицы Екатерины II, а второй – в память о взятии у турок крепости Березани, при штурме которой особенно отличились черноморские казаки).

Отдельной административной единицей был г. Екатеринодар, административно-полицейское управление которым осуществляли городничий, помощник городничего, писарь и его помощник, квартальные надзиратели, десятские, сторожа. Необходимо отметить, что каждый казак, проживавший в Екатеринодаре, но приписанный к определённому куреню, подчинялся не только городской администрации, но и своему куренному атаману.

13 ноября 1802 г. императором Александром I был утверждён доклад Военной коллегии «Об устройстве Черноморского войска». Этот доклад фактически стал первым Положением, регламентирующим порядок несения воинской повинности Черноморским войском, в котором было установлено количество полков, выставляемых Войском на внешнюю службу, штатный комплект офицеров, сроки службы, порядок производства в чины, размеры довольствия, предоставляемого казакам от казны и т.д.

Согласно докладу Военной Коллегии, в Черноморском войске на 1 октября 1802 г. числилось способных к службе: штаб- и обер-офицеров, имеющих армейские чины – 100, полковых есаулов, сотников, хорунжих, не утверждённых в армейских чинах: — 285, сотенных есаулов, канониров и казаков – 15079, всего 15464 чел. В соответствии с этой численностью комплект Черноморского войска определён в 10 конных и 10 пеших пятисотенных полков того же состава, что и в Донском войске, т. е. полк должен был состоять из 1 полковника, 5 есаулов, 5 сотников, 5 хорунжих, 1 квартермистра, 1 писаря и 483 урядников и казаков. До этого времени Черноморские полки, в отношении состава, отличались от Донских полков тем, что не имели писарей и квартермистров. Из этого же комплекта выделялось необходимое число офицеров и казаков для службы в войсковой артиллерии и на судах войсковой флотилии. Необходимо отметить то обстоятельство, что деление на конные и пешие полки было важным и принципиальным для Военного министерства, особенно в отношении полков командированных на внешнюю службу. Для Войска оно носило номинальный характер. Зажиточные казаки служили главным образом в конных полках, а малоимущие – в пеших. Однако в конных полках состояло немало безлошадных казаков, а в пеших имелись конные казаки.

Чтобы при наряде полков на службу не было затруднений из-за недостатка офицеров, комплект штаб- и обер-офицеров, офицерские чины Черноморского войска были сравнены с армейскими чинами на основаниях, определённых Высочайшим указом от 22 сентября 1798 г. для Донского войска, т.е. сохраняя прежние названия (войсковой полковник или войсковой старшина соответствовал майору, полковой есаул – ротмистру, сотник – поручику, хорунжий – корнету, квартермистр – квартермистру регулярных войск). Сделанное ранее властью местного начальства распоряжение о производстве некоторых офицеров войска в действительные армейские чины было утверждено с тем, однако, изменением, что офицеры эти переименованы в соответствующие казачьи чины. Состоявшие в Войске на 1 сентября 1802 г. поручики были пожалованы чином полкового есаула, а подпоручики – сотника, прапорщики же оставлены в чине хорунжего, имея старшинство перед прочими хорунжими, которые были утверждены в этом чине на основании данного указа.

Каждый полк должен был состоять из 1 полковника, 5 есаулов, 5 сотников, 5 хорунжих, 1 квартермистра, 1 писаря и 483 урядников и казаков[10].

В соответствии с этим был установлен штат Войска, по которому положено иметь: 1 кошевого (войскового) атамана, 20 войсковых полковников, 100 полковых есаулов, 100 сотников, 100 хорунжих, 20 квартермистров. Те из них, кто не был в походе, могли привлекаться к несению внутренней службы по Войску в присутственных местах и других должностях.

Свободные вакансии полковых командиров были заполнены имевшимися в Войске штаб-офицерами и достойными и заслуженными капитанами и полковыми есаулами, представленными на утверждение императора кошевым атаманом и Войсковым правительством.

После этого производство в чины по Черноморскому войску, как и по всей армии, могло происходить только на существующие вакансии по совместному представлению кошевого атамана и Войскового правительства, которое подавалось на имя Императора через херсонского военного губернатора, а в военное время через командующего армией или корпусом войск, где черноморские казачьи полки будут находиться, по представлению походного атамана или полковников.

В случае некомплекта в полку офицеров войсковому атаману совместно с Войсковой канцелярией предоставлялось право определять в полки зауряд-офицерами способных и заслуженных урядников и казаков. Тех зауряд-офицеров, которые проявят в этой должности исправность и усердие, а также мужество в делах против неприятеля, представлять, на имеющиеся вакансии, к производству в хорунжие.

Определённого срока службы для получения отставки Положение не устанавливало. Все чины Войска могли представляться к отставке только по причине полной неспособности к службе по старости и дряхлости или по болезням и увечьям.

31 августа 1803 г. штат донского полка был увеличен на 77 чел.: 10 урядников (5 старших и 5 младших) и 67 казаков. После чего полк насчитывал 578 человек, в том числе 1 полковника, 5 есаулов, 5 сотников, 5 хорунжих, 1 квартермистра, 1 полкового писаря, 5 старших урядников, 5 младших урядников, 550 казаков, 561 строевая (верховая) лошадь и 561 вьючная лошадь[11].

В 1811 г. строевой состав Войска увеличился за счёт формирования Гвардейской Черноморской сотни. 18 мая военный министр генерал от инфантерии М.Б. Барклай де Толли объявил херсонскому военному губернатору генерал-лейтенанту герцогу Э.О. де Ришелье Высочайшее повеление о формировании для гвардии сотни конных казаков Черноморского войска. В своём предписании Военный министр писал следующее: «Его Императорское Величество, в изъявление Монаршего Своего благоволения к войску Черноморскому, за отличные подвиги их против врагов Отечества нашего, во многих случаях оказанные, желает иметь при себе, в числе Гвардии своей, конных сотню казаков от войска Черноморского из лучших людей, под командою из их же войска одного штаб-офицера и потребного числа офицеров из отличнейших людей, команда сия будет здесь пользоваться всеми теми правами и преимуществами, какими пользуется и вся прочая Гвардия.

Во исполнение сего Монаршего соизволения, покорнейше прошу Ваше Сиятельство, объявить войску таковую к нему Монаршую милость, уведомить, кто командовать тою сотней назначен уже, находящийся ныне здесь (т.е. в Санкт-Петербурге), войсковой полковник А.Ф. Бурсак 2-й, коего с сим же к Вашему Сиятельству препровождаю. Покорнейше прошу отправить его в войско для выбора лучших людей с исправной сбруею и с ним же послать одного казака в образцовой обмундировке, предписать атаману того войска, чтобы выбор сей сотни казаков и офицеров сделан был возможнее поспешней».

22 мая герцог де Ришелье предписал кошевому атаману Черноморского казачьего войска Ф.Я. Бурсаку 1-му: «Выбрать из вверенного вам войска полкового есаула, сотника и двух хорунжих, урядников — 14 (в одной из копий указано – 19), казаков – 100, и в трубачи 2, самых лучших во всех частях, людей рослых, здоровых». Таким образом, штатный комплект сотни, вместе с командиром, составил 121 чел.

В середине июля сотня была укомплектована лучшими людьми из конных и, частично, пеших казачьих полков. В её состав входили: 1 войсковой полковник, 1 есаул, 1 сотник 1 хорунжий, 1 зауряд-хорунжий, 14 сотенных есаулов, 102 казака, включая двух трубачей. 114 строевых лошадей и столько же подъёмных. Офицеры сотни имели казачьи чины и производство по Черноморскому войску[12].

 

II. Воинская повинность.

Воинская повинность Войска состояла из внутренней и внешней службы. Внутренняя служба Войска заключалась в постоянной охране Черноморской кордонной линии, службе на гребной казачьей флотилии, выделении части служилого состава в различные учреждения при Войсковом правительстве, на карантинные и меновые дворы, в конвойные команды, для летучей почты, в 4 сыскных начальства, на соляные озёра, на рыболовные заводы, а также другие по Войску места. Войсковое правительство установило порядок отбывания внутренней службы, по которому служилые казаки находились один год на службе и два года на льготе. При командировке Войска на службу войсковой атаман объявлял наряд каждому куреню, соответственно количеству состоявших в нём казаков, а куренной атаман уже командировал казаков поимённо. На сборном месте из командированных казаков составлялись сотни и полки, которыми командовали чиновники, назначенные войсковым атаманом. Располагая 20 полками, Войско выставляло ежегодно 6 полков для службы на Черноморской кордонной линии и 1 полк для службы на судах войсковой флотилии. 15 мая 1803 г. было назначено днём ежегодной смены по очередям полков, посылаемых на внутреннюю службу[13].

В случае командировки из Войска конных или пеших полков на службу внутри страны или за её пределами, то с того времени, когда они удалялись далее чем на сто вёрст от того места, из которого выступили в поход, до возвращения в Войско получали казённое довольствие. В конных полках штаб- и обер-офицерам денежное жалованье с денщичьим и рационами по окладам армейских гусарских полков, каждому по своему чину, но денщиков в натуре никому не иметь; полковому писарю – жалованье 30 руб. в год и порция провианта положенная писарю гусарского полка; старшим урядникам – жалованье 38 руб. в год и порция провианта положенная старшему унтер-офицеру гусарского полка, младшим урядникам – жалованье 17 руб. в год и порция провианта положенная младшему унтер-офицеру гусарского полка, конным казакам – жалованье 12 руб. в год и солдатская порция провианта. Сверх того, полковому писарю, урядникам и казакам выдавался фураж на зимние месяцы (от 6 до 8 месяцев) на две лошади: на одну натурой, на другую деньгами, по местным казённым заготовительным ценам. В пеших полках штаб- и обер-офицерам денежное жалованье с денщичьим и рационами по окладам армейских пехотных полков, каждому по своему чину, но денщиков в натуре не иметь; полковому писарю, урядникам и пешим казакам жалованье как в конных полках. Сверх того, за исключением тех случаев, когда они несли службу на судах, отпускался в каждую сотню овёс, фурах и сено на зимние месяцы (от 6 до 8 месяцев) на 10 подъёмных лошадей натурой или деньгами, по местным казённым заготовительным ценам. На лошадей под артиллерию и зарядные ящики, находящиеся во время во время войны в походе при полках отпускался на зимние месяцы фураж натурой или деньгами, как сказано выше. В случае, если лошадь будет убита, захвачена неприятелем или падёт при форсированном марше, то за них из казны производились денежные выплаты, по ценам, установленным за подъёмную лошадь в пехотных полках.

Если во время войны Войско участвовало в боевых действиях против неприятеля вблизи жилищ своих, то выплаты производились с момента выступления полков со сборных мест, а в случае службы на судах с момента их выхода в море, не учитывая указанного выше расстояния[14].

До 1806 г. Черноморская кордонная линия, на которой несло кордонную службу Черноморское войско, была протяжённостью в 338 вёрст и разделялась на 3 отделения. В 1-е отделение входил участок от кордона Редутского до кордона Марьинского протяжённостью 110 вёрст, разделённый на две части. Первая часть включала 16 кордонов (59,5 вёрст), а вторая – 6 кордонов (50,5 вёрст). В составе 1-го отделения числились 16 редутов, 2 батареи, 1 крепость и 1 город. Во 2-е отделение входил участок от кордона Екатеринославского до кордона Смоляного протяжённостью 121 версту, также разделённый на две части, из которых первая часть включала 4 кордона (49 вёрст), а 2-я часть – 5 кордонов (72 версты). В составе 2-го отделения числились16 редутов и позади них 4 селения В 3-е отделение входил участок от местечка Темрюк до Бугазской батареи протяжённостью 107 вёрст, состоявший из 4 кордонов. В составе 3-го отделения числились 2 редута и 2 батареи[15].

С 1806 г. вся Черноморская кордонная линия была разделена на 4 отделения, во главе которых стоял особый начальник. Распределение по ним кордонов было произведено в следующим образом.

В 1-е отделение вошли кордоны Редутский, Изрядный, Воронежский, Подмогильный, Константиновский, Александрин, Павловский, Великомарьинский, Екатеринодарский и Александровский. К этому же отделению были причислены два кордона, расположенные внутри территории Черноморского войска – Кочатинский и Кирпильский.

Во 2-е отделение вошли 4 кордона: Елизаветинский, Лагерный, Елинский и Марьинский.

В 3-е отделении вошли также 4 кордона: Новоекатерининский, Ольгинский, Славянский и Протоцкий.

Наконец, 4-е отделение составили 7 кордонов, находившихся на Таманском полуострове: Копыльский, Петровский, Староредутский, Андреевский, Смоленский, Новогригорьевский и Бугазский[16].

Такое распределение кордонов на отделения было произведено в соответствии с особенностями местности. В первой части кордоны были расположены близко один от другого, местность была большей частью открытая и с высоким берегом Кубани. Здесь было легче следить за передвижениями черкесов за Кубанью и отражать их нападения на территорию Войска, чем в других местах. Вторая и третья части находились в иных условиях. Здесь по обоим берегам Кубани было много плавней и мест, удобных для скрытого прохода черкесов большими партиями. Каждая из этих частей состояла из четырёх кордонов с тем расчётом, чтобы её начальник имел возможность в любое время руководить действиями сразу всех кордонов и при необходимости быстро перебрасывать казачьи команды в те места, где была угроза прорыва черкесских партий. В таких же условиях находился и Таманский полуостров.

В соответствии с этим, по кордонам распределялись и количество конных и пеших казаков. Распределение казаков по кордонам и отделениям зависело от условий охранной службы. В кордонах второго и третьего отделений было наибольшее количество казаков, так как им приходилось охранять более протяжённые участки, для чего требовался усиленный дозор.

Размещённые по кордонам казаки несли собственно гарнизонную службу. Укреплённый пост или кордон был маленькой крепостью, а находившиеся в нём казаки гарнизоном. В кордоне находились главные силы казачьей команды, из состава которых днём и ночью выделялись отдельные части: караулы на «бикетах», разъезды для подвижного осмотра местности и «залоги» — секретные дозоры. Казаки назначались в эти подвижные части по очереди, а иногда и «по способностям», кто к чему имел больше склонности и навыка.

Кордонная служба сопровождалась частыми переменами и в общем составе охранных сил, и в размещении их по кордонам, и в назначении укреплений. В 1806 г. по ведомости значилось на кордонной линии 2170 конных и 641 пеший казак; в 1807 г. 2730 конных и 1597 пеших казаков, при 108 офицерах, а в 1808 г. 2586 конных и 1022 пеших казака, при 99 офицерах. В 1810 г. на пограничной службе по р. Кубани находились 5-й, 6-й, 7-й конные казачьи полки и 1-й, 6-й и 8-й пешие казачьи полки с канонирами. Полки были в полном пятисотенном составе, с положенным числом артиллеристов, и общая их численность составляла 3129 чел. В то же время на пикеты по границе с Кавказской губ. потребовались 1-й, 2-й, 3-й, 4-й, 9-й конные и 2-й, 3-й, 4-й, 7-й, 9-й, 10-й пешие казачьи полки, насчитывавшие 4487 человек[17].

Постоянная борьба с горцами выявляла все преимущества и недостатки расположения и самих укреплений, в связи с этим вносились изменения и в эту область военного дела. Так, в 1808 г., по предложению войскового атамана Ф.Я. Бурсака 1-го, херсонский военный губернатор герцог де Ришелье разрешил перенести Александровский кордон в батарею, расположенную возле сел. Величковского, а на месте кордона устроить новую батарею. Кордоны Кочатинский и Кирпильский, находившиеся внутри территории Войска, упразднились сами по себе, по мере того, как для них требовалось всё меньше сил для охраны.

Военные условия и специфика борьбы с горцами требовали изменений и в различных военных частях Войска. Первые же боевые столкновения с горцами показали, что для пресечения их набегов в одном месте требовались конные, а в другом пешие казачьи команды (будущие пластуны). Кроме того, казачья артиллерия всегда оказывала решающее действие на успешный исход боя с черкесами. Таким образом, казачья кавалерия, пехота и артиллерия сразу же стали основными строевыми частями Черноморского войска. Большое значение имела казачья артиллерия, насчитывавшая двадцать 3-фунтовых пушек, но определённой организации в этот период она не имела, соединяясь первоначально с конными и пешими полками.

Наряду с этим, сразу же выяснилась полная непригодность для действий на Кубани казачьей гребной флотилии. Гребная казачья флотилия состояла из 10 канонерских лодок, имевших на вооружении две 3-фунтовые пушки по бортам и одно 18-фунтовое медное орудие на носу, их экипаж состоял из 50 чел. Для службы на флотилии выделялся один пеший казачий полк, сменявшийся погодно. Эта флотилия с мая по сентябрь месяц наблюдать за побережьем Черного моря от Анапы до Одессы, а прочее время года уходила на зимовку в Азовское море, в Курчанский лиман. Так как Черноморский флот представлял собой достаточную защиту для побережья, а для действий на Кубани казачьи суда были непригодны из-за глубокой осадки, то они по большей части простаивали без дела и приходили в негодность. Главным образом на судах казачьей флотилии осуществлялась только переправа через Таманский пролив и через Бугазское гирло, а также почтовые перевозки. В 1807 г. казачья флотилия, следовавшая на зимовку в Темрюк, попала в Керчи в сильнейший шторм, свирепствовавший с 30 сентября по 3 октября. В результате чего многие суда были сильно повреждены, утеряли такелаж, якоря и прочие снасти, а некоторые разбиты. В марте 1809 г. герцог де Ришелье приказал кошевому атаману Ф.Я. Бурсаку 1-му сдать казачьи гребные суда в адмиралтейство, как никуда не годные. Вместо них предполагалось построить новые плоскодонные суда из собственного леса и на средства Войска, предназначенные исключительно для разъездов по р. Кубани. Однако этот проект не был осуществлён, так как в 1810 г. казачья флотилия была расформирована. Так была похоронена когда-то грозная казачья флотилия, громившая турецкий флот и бравшая неприступные крепости[18].

Внешняя служба заключалась в командировке конных и пеших полков по требованию высшего военного и морского начальства за пределы войска. Наряд на внешнюю службу был не велик. Так в 1807 г. два конных полка участвовали во взятии крепости Анапы; конный полк войскового полковника Ляха командирован в Карасу-Базар для службы в Крыму, пеший полк войскового полковника Паливоды командирован для службы на гребных судах Дунайской флотилии[19].

В 1809 г. в боях под крепостью Анапой участвовал конный полк войскового старшины Н.И. Гаджанова[20].

15 ноября 1811 г. на службу в Санкт-Петербург была командирована Гвардейская Черноморская сотня[21].

Осенью 1812 г. согласно предписанию военного министерства для пополнения 9-го сборного Черноморского пешего казачьего полка была командирована команда из 202 чел. под начальством полкового есаула Яровского. Но из-за эпидемии холеры, вспыхнувшей на юге России, и установленного в связи с этим карантина казачья команда, прибывшая в ноябре в Крым, была остановлена в окрестностях города Феодосии, где несла службу по охране береговой линии до осени 1813 г., а затем вернулась на Кубань[22].

29 марта 1813 г. в Германию в действующую армию командирован 1-й сборный Черноморский конный казачий полк полкового есаула Д.С. Плохого[23].


Примечания.

 

[1] Все даты приводятся по старому стилю.

 

[2] Висковатов А.В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Ч. 4. СПб., 1899. С. 38.

 

[3] Щербина Ф.А. История Кубанского казачьего войска. Т. I. Екатеринодар, 1910, стр. 483.

 

[4] Полное собрание законов Российской империи. Собрание I-е. СПБ., 1830. Т. XXIII. № 17055; там же. Т. XXVII. № 20508. (Далее ПСЗРИ – I).

 

[5] Кошевым (войсковым) атаманом с 22 декабря 1799 г. по 1816 г. подполковник (впоследствии полковник, с 1811 г. генерал-майор) Фёдор Яковлевич Бурсак 1-й.

 

[6] В выборах участвовали только чиновники Войска, простые казаки в выборах не участвовали.

 

[7] ПСЗРИ – I. Т. XXVII. № 20156.

 

[8] Певнев А.П. Кубанские казаки. Екатеринодар, 1911. С. 36.

 

[9] Институт сыскных начальств был создан на основе, введённых на Дону в 40-х годах XVIII в., старшин по сыску беглых. В 80-х годах XVIII в. они были заменены сыскными начальствами – по одному на каждый округ.

 

[10] ПСЗРИ – I. Т. XXV, № 18673; там же. Т. XXVII № 20436.

 

[11] ПСЗРИ – I. Т. XXVII. №№ 20508, 20921.

 

[12] Висковатов А.В. Историческое описание одежды и вооружения Российских войск. Ч. 10. СПб., 1900. С. 168; Нерсисян М.Г. Отечественная война 1812 года и народы Кавказа. Ереван, 1965. С. 16; Петин С. Собственный Его Императорского Величества конвой. 1811 – 1911. СПб., 1911. С. 5-6.

 

[13] Щербина Ф.А. Указ. соч. Т. II. Екатеринодар, 1913. С. 114, 125.

 

[14] Столетие Военного министерства. !802-1902 гг. Т. XI. Ч. I. СПб., 1902. С. 195-196.

 

[15] Там же. Т. 4, ч. 1, кн. 2, отд. 2. СПб., 1902. Стр. 60-61.

 

[16] Щербина Ф.А. Указ. соч. Т. II. С. 114.

 

[17] Там же. С. 115, 126.

 

[18] Казин В.Х. Казачьи войска. СПб., 1912. С. 113; Столетие Военного министерства. Т. 11, ч. 1. СПб., 1902. С. 194; Щербина Ф.А. Указ. соч. Т. II. С. 117-118.

 

[19] Казин В.Х. Указ. соч. С. 167; Щербина Ф.А. Указ. соч. Т. II. С. 124.

 

[20] РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 6166. Ч. 2, ЛЛ. 43, 76-76 об.; Д. 6177. ЛЛ. 29-29 об.

 

[21] Нерсисян М.Г. Указ. соч. С. 17.

 

[22] Там же.. С. 35-36.

 

[23] Там же. С. 43.

 

[24] Война 1813 года. Материалы ВУА. Т. I. СПб., 1914. С. 140.

 

[25] Туренко A.M. Исторические записки о войске Черноморском. Т. 18. № 5 (май). Киев. 1887. С. 147

 

[26] Кивером черноморские казаки называли строевую шапку из мелкошерстной овчины.

 

[27] Матвеев О.В., Фролов Б.Е. Очерки истории форменной одежды кубанских казаков (конец XVIII в. – 1917 г.). Краснодар, 2000. С. 11-12.

 

[28] Валькович А.М. Лейб-Казакам к первомаю. Новые сведения о мундире гвардейских казаков в эпоху Отечественной войны. // Цейхгауз № 23. С. 26-27; Висковатов А.В. Указ. соч. Ч. 15. С. 36-37; Матвеев О.В., Фролов Б.Е. Указ. соч. С. 78-81; Нерсисян М.Г. Указ. соч. С. 339.

 

[29] Нерсисян М.Г. Указ. соч. С. 16-20, 336-339, ; Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М., 2004. С. 101, 771; Российская Императорская гвардия. СПб., 2005. С. 323; Петин С. Собственный его императорского величества конвой, 1811-1911. Исторический очерк. Изд. 2-е. СПб. 1911. С. 5-8; Поликарпов Н.П. Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года. // Труды Московского отдела ИРВИО. Т. 4. Ч. I. М., 1913. С. 69-70, 74, 78, 80, 82-83, 135-136, 139-140, 149, 162, 185, 188, 193, 528-529; ПСЗРИ – I. Т XXXII. №№ 25375, 25401; Т. XXXIII. № 26181; Хрещатицкий Б.Р. История лейб-гвардии Его Величества полка. 1775-1913. Ч. I. СПб, 1913. С. 282, 303.

 

[30] Война 1813 года. Материалы ВУА. Т. I. СПб., 1914. С. 12. Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М. 2004. С. 233; Нерсисян М.Г. Указ. соч. С. 33-38, 291; Столетие Военного министерства. 1802-1902 гг. Т. XI. Ч. III. СПб., 1907. С. 185-186; Щербина Ф.А. Указ. соч. Т. II. С. 124.

 

[31] Нерсисян М.Г. Указ. соч. С. 42-49; Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М., 2004. С. 562; РГВИА. Ф. 103. Св. 0. Д. 93. ЛЛ. 3 – 7.

 

Текст был перепечатан с «Интернет проекта 1812″

Новостной портал

You'll be redirected in about 5 secs. If not, click here.